Banner-new-1

Леди с улицы Басманной

ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

XGetDBPicServlet (1)
Настоящая леди отличается от обыкновенной женщины. Эту нехитрую истину предстояло постичь музыкальному театру «На Басманной». Классический мюзикл Ф.Лоу «Моя прекрасная леди» требовательно повел труппу на новый исторический виток. Эту легкую клоунаду, без усилий вплетающуюся в реальную жизнь, предстояло «сотворить» таким колоритным персонажам, как Пикеринг (Павел Бадрах), Дулиттл (Вячеслав Ткачук), миссис Пирс (Анжелика Зарьева) и миссис Айнсфорд-Хилл (Алла Комарова).

Переписав сценарий вслед за В.Луи, Р.Сефом, Г.Алперсом и Б.Шоу, Жанна Тертерян поставила спектакль не о любви — о благодарности или, скорее, об ее отсутствии у творения к своему создателю. Кто здесь кому принес дар? Цветочница ли (Светлана Арефьева), опрометчиво подчинившаяся эксперименту ученого, или молодой профессор, почти мальчишка (Дмитрий Миллер), подчас и сам не знающий, кого он создает или ради чего укрощает. Режиссер оставляет финал открытым. Но при этом история Пигмалиона и Галатеи торжественна, шумна и невероятно смешна. Хиггинс с ассистентами обучает Элизу правильной артикуляции, звукоизвлечению, а также самому настоящему фехтованию и боксу. Но образ идеальной леди остается для них абстракцией: во время уроков Элизу то ли накачивают, словно перед соревнованиями, то ли проводят всесторонний психологический тренинг, как перед космическим полетом. Смысл обучения раскрывает лишь доходчивый финальный урок, вызывающий в зале шквал смеха.

Художник Игорь Капитанов остроумно предоставил героине на протяжении всего спектакля вылупляться из огромного яйца, последовательно трансформирующегося то в кабинет профессора Хиггинса, то в светскую ложу, то в бальную залу или гостиную миссис Хиггинс. К сожалению, на первых спектаклях эффекты этой фантастической конструкции работали не в полную силу. Причиной тому, с одной стороны, размеры сцены, на которой яйцо выглядело громоздко и «парникообразно», с другой — сам принцип раскрытия-закрытия его сегментов, происходивших каждый раз замедленно и по одной и той же схеме. Под конец этот ритуал трансформации перестал завораживать, став привычным и даже будничным.

Фон черного задника и прозрачной яичной конструкции петербургская художница Ольга Герр оживила изысканной пастельной гаммой костюмов. Не углубляясь в метафорический смысл взаимодействия костюмов и персонажей, она сделала акцент на крое и цвете. Впечатляла разнообразная палитра, разбросанная художницей по замысловатым силуэтам цветочниц, по бальным фракам и кринолинам, по колыхающимся высоким перьям шикарных дамских шляпок. Но интересные модели платьев зачастую не подчеркивали достоинств сложения конкретных солисток и даже главной героини. Правда, движений одеяния не стесняли.

В полном соответствии с законами жанра значительная роль в «My fair lady» отводилась танцу. Соавтором режиссера выступил один из мэтров современной хореографии Геннадий Абрамов. С его появлением в театре «На Басманной» отлично затанцевала вся труппа. Безусловно, работа с таким опытным балетмейстером, как Абрамов, представляла для труппы своеобразный экзамен на профессиональную прочность. Главной заслугой балетмейстера стал органичный и полный юмора пластический язык, дополнивший композицию спектакля стройным пластическим текстом, в котором самая ответственная роль отводилась героине. Элиза Дулиттл в исполнении Светланы Арефьевой метаморфозы еще не переживает. Она обыкновенна, поиски изысканности и искрометности еще впереди, но ее быстрый и точный голос богатых оттенков — голос прекрасной леди. А это значит, что «На Басманной» она уже родилась.

«КУЛЬТУРА», №45 (7404), 20 — 26 ноября 2003г